Поморская сторона.

                                                                                               Приветствую Вас, уважаемый гость!

 

Позволь рассказать о нашей земле, её удивительной красоте: о загадочном свете в небесах и белых ночах, о полноводных реках, бескрайних лесах и глубоких пещерах. О людях, населяющих наш край, немногословных и суровых, но вместе с тем, добрых и гостеприимных. О том откуда все повелось.

 

Прикоснись к истории моей Поморской стороны и поверь в то, что разные времена и миры в одном месте встречаются друг с другом, оживают, сплетаются…

Если Вам интересно – в путь!

Сторона Поморская из глубины веков.

1.  История возникновения Поморья и поморов.

2.  Культура, традиции и обычаи поморов:

- язык;

- религия;

- поклонные и обетные кресты;

- ремесла и обереги;

- поморский календарь;

            Историки утверждают, что энтоним «Поморцы» возник не позднее 12 века, на юго-западном (Поморском) берегу Белого моря и в течение 14-16 веков распространился далеко на юг и восток от места своего возникновения. Подтверждение тому, что «помор» является энтонимом, а не термином, обозначающим население прибрежной полосы или морских промысловиков , служит тот факт, что более нигде на Руси жители морского побережья, а равно и рыбаки, себя поморами не считают.

            «Помо́рцами», а затем «Поморами» с ХVI века именовали население прибрежной части Западного Беломорья и волостей записанных за Соловецким монастырем до раскола в русской православной церкви. В Архангелогородской губернии в ХVII, ХVIII, ХIХ веках местное население именовало «Поморьем» исключительно Поморский берег Белого моря, включая бывшие волости Соловецкого монастыря в Западном Беломорье, занимающиеся промыслом.

Этноним же «русский» начал свое хождение с момента образования единого централизованного государства Русь, в 15-16 веках. Поморы появились на 3-4 века раньше русских, и уже только поэтому они не могут являться субэтносом русских.

 

          Изначально (до 12 века), обитавшая в бассейне реки Ваги и в среднем течении Северной Двины,  «заволочская чюдь»,  представляла собой финоязычное население, родственное «белозерской веси и ями», расселившейся к северу от Онежского озера до нижнего течения Северной Двины (в частности, по реке Емце).

          Славянская колонизация Поморья началась в IX – XI веках нашей эры. Их привлекали в северных районах в первую очередь богатые естественные ресурсы, пушные и морские звери, рыба и птица. В этническом плане поморы сформировались из местных угро-финских племён и пришлых славян. Возникали смешанные браки, смешивались культуры и обычаи народов (О совместном проживании чуди и первых словенских переселенцев свидетельствуют письменные источники, археологические находки, топонимика, фольклорные предания.). Позднее долю своей крови добавили выходцы из Новгородской, Владимиро-Ростово-Суздальских земель, а еще позже норманны – викинги или просто норвежцы – скандинавы. (Учёный Н. К. Зенгер писал, что во внешнем облике поморов в «большинстве случаев встречается резкая примесь финского, карельского типа, и потому признавать в Беломорских поморах прямых потомков вольных Новгородцев нет никаких оснований».).

Это привело к возникновению поморского языка - «Поморска говоря», отличному от остальной Руси. Ввиду тесной связи поморов с Норвегией и того, что поморы жили в северной Норвегии и на островах Грумант (Шпицберген), образовался язык «русьнорг»  (70% поморские слова, остальное – норвежские. «Русьнорг» был запрещён для использования большевиками в 1917 году).

 «Говоря» относится к группе восточнославянских языков, возникших в 11-12 веках на древне-русской лингвистической основе. Это язык старообрядцев поморского толка и соловецких монахов, язык ремесленников и промышленников, сказочников и первопроходцев Сибири и Арктики.

             Найти помора, разговаривающего на повышенных тонах практически невозможно, и то, если это свершилось, то он был сильно зол. Разговаривают друг с другом они почти скороговоркой, так, что человеку со стороны довольно сложно понять о чем идет разговор, а тем более, поддерживать его.

С XIV в. письменные источники фиксируют на западном побережье Белого моря постоянные русские поселения, а сам край получает название "Поморье".

              Город Архангельск, являющийся крупнейшим населенным пунктом Поморья, часто упоминается в средствах массовой информации и литературе как «столица Поморья».

               Поморы издавна отличались особым религиозным чувством, совершенно отличным от крестьянского, — в них соединялись свободолюбие и смирение, мистицизм и

практицизм, страсть к знаниям, западничество и стихийное чувство живой связи с

Богом. Писатель Михаил Пришвин во время своего путешествия на Север с удивлением узнал, что «до сих пор еще русские моряки не считаются с научным описанием Северного Ледовитого океана. У них есть собственные лоции. Описание лоции поморами почти художественное произведение. На одной стороне — рассудок, на другой — вера. Пока видны приметы на берегу, помор читает одну сторону книги; когда приметы исчезают, и шторм вот-вот разобьет судно, помор перевертывает страницы и обращается к Николаю Угоднику.»

               Своеобразием северорусской религиозной культуры заключалось в том, что в ней основной родовой образ матери сырой земли был перенесен на исходно чужую область - пространство моря.

Церковный раскол середины XVII века поделил народ на согласных и несогласных («старообрядцев») с нововведениями Патриарха Никона. Наиболее видные защитники «старой веры» были отправлены в ссылку на север, что обусловило появление большого количества представителей старообрядческой веры в Поморье.

Традиционной религией Поморья (наряду с православием) были беспоповские толки старой веры, которые ныне объединились в Древнеправославную Поморскую Церковь.

Лестовка — распространенный в Древней Руси и сохранившийся в обиходе старообрядцев (и до сих пор у поморов) тип четок. Представляет из себя плетеную кожаную (или, в позднее время, тряпичную или дермантиновую) ленту, сшитую в виде петли. Знаменует одновременно и лествицу (лестницу) духовного восхождения от земли на небо, и замкнутый круг, образ вечной и непрестанной молитвы. Употребляется лестовка для облегчения подсчета молитв и поклонов, позволяя сосредоточить внимание на молитвах.

            В Поморье были выработаны наиболее целесообразные и художественно значительные формы строительства церквей — шатровые храмы, достигавшие большой высоты.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

               

 

               Восьмискатная пирамида — «шатер», поставленная на восьмиугольную «клеть», оказалась устойчивой и при осадке здания и против сильных ветров. Эти храмы не принадлежали к византийской традиции. Высшая церковная иерархия смотрела на них с неодобрением, за исключением разве «распятий» («А верхи были бы не шатровые», — наказывали «благословенные грамоты» на постройку церквей). Но народ продолжал строить по-своему. Шатровые постройки «деревяна верх» не только держались веками в Поморье, но и создали новую традицию, стали излюбленной формой национальной архитектуры, перешли на каменные строения и гордо вознеслись над самой Москвой.

             Обряд похорон у поморов существенно отличался от великорусского. Так, по достижении тридцатилетнего возраста каждый помор делал себе гроб, который хранил обычно на повети или чердаке до самой смерти. Кроме того, полагалось сшить себе саван (каждый шил его собственными руками). После смерти и «отпевания» гроб с покойником выносили из дома через поветь или «нижни вороцца» в хлеву (выносить через входную дверь было плохой приметой). На кладбище гроб несли на жердях. По пути на кладбище обязательно нужно было перенести гроб через ручей или речку. На столе, где в избе лежал покойник клали камень, который лежал сорок дней после похорон, после чего камень закапывали на улице перед домом. Посещая кладбище, родственники приносили к окошку в гробнице еду, окуривали могилы дымом (грели покойников), били глиняную посуду, оборачивали столбы голбцов полотенцами — все это отголоски дохристианских жертвоприношений у поморов. В отличие от великорусской традиции поморы не ставили на могилы крестов (они появились значительно позже, в христианский период, но также неприменно с крышей).

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

               

 

 

 

 

 

              Голбец — поморское деревянное надгробие, в виде «домика» с окошком и столбом с крышей и встроенной в него иконкой «выговского литья».  Большой резной крест «всех усопших» с религиозными надписями ставили посреди кладбища или у его входа. Одна из таких надписей на несохранившемся до наших дней большом кресте в селе Кулой (Пинежский район) гласила: «Вот дверь, за которой тайное становится явным, войдешь в нее, и откроется, не то что кажется, но то что есть».

               Жизнь, связанная с морем, морскими промысловыми сезонами, тесные связи с северными странами, наложила отпечаток на культуру, традиции и обычаи  поморов. Их жилые и хозяйственные постройки, одежда, хозяйственный календарь, обычаи, обряды и даже речь - все имеет свои особенности.

- Хорошо известна поморская традиция не бросать мусор ни в реку, ни в море.

- К местам лова поморы также относились особо. На каждой тоне — избушка на море или реке, где летом жила и промышляла семья или несколько семей — стоял крест «на добычу» — чтобы лучше рыба ловилась. Проходящий мимо обязательно молился.

- Во время летнего промысла, когда на тоне «сидели» семьями, любого прохожего встречали хозяйки и кормили до отвала. Угостить случайного человека — благо, это было не только проявлением гостеприимства, но и заклинанием удачи, достатка.

- При совершении купли-продажи из рук в руки передавали «пополнок» — какую-нибудь вещь («яйцо», «нож рыбьего зуба», шапку), символически скрепляющую сделку.

- Специальные обряды были посвящены уходу охотников на опасный зверобойный промысел. В церкви заказывали молебен «за здравие», пекли и давали с собой специальную пищу «ужну» и «тещник». Наличие особого названия и связь его с родовыми традициями («тещник» пекла теща), свидетельствует о придаваемом этой пище ритуальном смысле.

- Самые яркие и выразительные рассказы посвящены Собачьему ручью в Варзуге. Интересно, что система поклонения роднику очень похожа на обряды в марийских языческих молельных рощах. Примерно за километр от Собачьего ручья до сих пор нельзя разговаривать и смеяться, ходить туда можно только в первой половине дня...

- Был обычай, как ледоход начинается, выходить на берег — из ружей палить.

- В нерест покой семги оберегали. Когда рыба на нерест шла, уключины у лодки тряпицей обворачивали, чтобы рыбу не пугать.

- Летом старались не охотиться, берегли до времени, когда подрастут.

          Одной из замечательных традиций Поморья была установка поклонных и обетных крестов. Они имели особенное значение и было их великое множество. За каждым из них стоят какие-то события, промысловые или нет, трагические или радостные: обеты, данные в трудный час жизни. Крест обычно рубили из бревен, а при установке ориентировали строго по сторонам света, независимо от того, был ли это крест по обету или просто мореходный знак. Крест располагали так, чтобы молившийся, став лицом к надписи на кресте, тем самым обращался лицом к востоку, а концы перекладины креста указывали направление севера и юга. Возьмут поморы необычно богатый улов, чудом уцелеют в бурю — и в благодарность Николаю Чудотворцу ставят крест.

            До установления советской власти в Поморье деревянный крест являлся необходимым атрибутом каждой тони. Тоней называли определенный участок водоема с побережьем, приспособленный для ловли рыбы или боя морского зверя. Участки эти закреплялись за определенными владельцами. На них жители прибрежных деревень переселялись на все лето. На тонях ставились избы, амбары для хранения сетей и провизии, ледники, в которых держали рыбу, другие сооружения. На тони ставился, как правило, только один крест и его функция была обетная.

            Становища  не имели постоянных владельцев, и там могли вести промысел промышленники из любых уголков Поморья. На становищах чаще всего можно было видеть сразу несколько крестов. Они несли религиозную (в благодарность Богу) и памятную функцию (русская икона считается древней формой Богословия, изготовление и установка креста, зримое воплощение молитвы, форма общения с Богом.   

В Поморье распространены обетные кресты (по-местному, — «заветные»). Их ставили по обету после возвращения с моря или после болезни около домов, на берегу моря, около тонских избушек.

Все кресты на местах промысла, поклонные кресты имели строго восьмиконечную форму, правильные пропорции и точно сориентированы по сторонам света (по компасу0. Верхний конец наклонной перекладины указывает на север (даже ориентация крестов храмов может не совпадать с линией север-юг до 45 градусов. Отличие это принципиальное для определения направления ветра, когда хорошо ловится рыба и ориентации судов в море.

Одним из основных элементов навигационной практики поморов являлись так называемые приметные кресты. Они были исключительным явлением, не имевшим повторения как в мировой, так и в общерусской практике судовождения. Трудно сказать, когда поморы начали обставлять свои ходы этими знаками, но в XVI в. этот обычай был уже распространен. Во многом благодаря запискам западноевропейских мореплавателей мы располагаем сведениями не менее, чем о 30 крестах этого времени, которые стояли на Кольском полуострове, на Новой Земле, на полуострове Канин Нос. Особенно много крестов стояло в XVI в. на острове Вайгач.

Роль крестов в обеспечении древнего полярного судовождения была весьма ответственной и включала в себя несколько задач. 
Во-первых, кресты являлись путевыми метками, обозначавшими характерные места морских и волоковых путей. Каждый крест был индивидуален и узнаваем, по нему опытный кормщик всегда мог установить свое местонахождение. 

Во-вторых, кресты являлись своего рода навигационными приборами, они устанавливались с помощью магнитных компасов таким образом, чтобы их перекладина была ориентирована по линии север-юг. Северный азимут узнавался по нижней косой перекладине, поднятая часть которой, расположена на северной стороне креста. Это позволяло мореходу, не имевшему на борту магнитного компаса, взять ориентировку и с помощью деревянного компаса-матки определить нужный курс. 
В-третьих, кресты использовались в качестве береговых обстановочных знаков для указания входа в гавань. Поморские приметные кресты ставились в Поморье и в более позднее время, чем первая половина XIX в. Дожили они и до нашего времени. Постепенно теряя функции навигационных знаков, они, тем не менее, продолжали оставаться одним из наиболее характерных элементов материальной культуры русского Севера, являясь одновременно ещё и одним из важнейших
оберегов.

Вкусными оберегами были поморская козуля и тетёрка. Изготавливались они из ржаного теста. Козули - фигурки животных, которые всей семьёй выпекались на Рождество.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

               

 

            Сам процесс лепки можно назвать обережным, семья, собираясь вокруг очага, пела, охраняла сама себя от злых духов. Ими играли дети, а потом съедали. Козуля (по одной из версий) - это в своем роде языческий обряд жертвоприношения. Живой скот, с таким трудом выращенный богам приносить в жертву было невозможным, так почему бы не заменить на животных из хлеба. Считалось, что поморская козуля сохраняет счастье в доме и приумножает его. Тетерки – это витое печенье из скатанного («сканого») и выложенного в виде петель, спиралей, решеток, реже в виде фигурок птиц и животных.

           Пекли такое печенье для встречи весны и проводов зимы и оно символизировало долгожданное солнце. Узоры копировали «бабушкины» или придумывали сами, и чем более причудливыми они были, тем лучше. Во время проводов весны все хозяйки деревни угощали своим печением друг друга.

            Птица счастья – исконно поморское ремесло.

            Резная, деревянная игрушка, изготовленная из целого брусочка корабельной сосны путем нарезки тонких лепестков (крыльев и хвоста), которые могут скрепляться нитками и специального метода изгибания (без клея). Птица никогда не красилась и не покрывалась лаком. Очень важный момент: поморы верили в силу живого дерева, в ее животворную энергию, в силу и настроение мастера, ее производящего, способную саму по себе охранять.

            Птица эта - святой дух, спустившийся с небес, а потому, висеть ей под потолком и приносить семье счастье и благополучие. Птицу, по главному назначению, оберегающую от всякой нечисти и злых сил, всегда признавала и церковь. В храмах часто можно встретить эту птицу над «вратами рая».

Сложно представить поморский дом без этого оберега. Висела она в красном углу, там же обычно находился и стол, и во время чаепития, кипящий самовар раскручивал птицу, и тень её производила поразительный эффект проникновения в каждую щель и выгоняя злых духов, придавая дому особый шарм и очарование.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

               Из далёкого и холодного Поморья разлетелась птица счастья во все уголки мира, с пожеланиями добра, благополучия и счастья!

Резьба по дереву

            Резьба по кости.

            Русский традиционный народный художественный промысел, возникший в XVII веке в Холмогорах Архангельской области. Поморы добывали сырье – кости тюленей, рыб, моржей, ископаемую мамонтовую кость, - для производства неповторимых резных изделий. 

            С XVIII веке мода на костяные бытовые изделия (гребни, шахматы, шкатулки, табакерки, чарки, туалетные коробочки, деревянные ларцы-теремки, оклеенные костяными пластинками, часто окрашенные в коричневый, жёлтый или оранжевый цвет) только способствовала расцвету искусства холмогорской резьбы по кости. Изделия украшались гравировкой и ажурной резьбой «на проём» (под неё подкладывалась цветная фольга или слюда, что усиливало декоративность). Лучшими косторезами XVII века – начала развития народного промысла резьбы по кости – стали братья Шешенины, которые творили в московской Оружейной палате. 
            В XVIII веке холмогорское ремесло достигло периода расцвета, и уже тогда мастера искусно выполняли элитные изделия из слоновой, мамонтовой, моржовой кости – всевозможные шкатулки, коробочки, табакерки, миниатюрные секретеры, декоративные кубки, пластины с портретами, браслеты, гребешки, украшенные холмогорской резьбой по кости. Все эти предметы отличались изысканностью форм, необычностью сочетания ажурного орнамента с сюжетными рельефными изображениями, изящностью техники исполнения. 

            На Севере Руси талисманами и оберегами служило все, что только могло использоваться под это дело. Главным оберегом дома являлся дервянный конь, усаженный на крышу дома, зорко глядяший вдаль, он охранял дома днем и ночью. Существовали и обереги, которые можно взять с собой - варежки, пояса, полотенца, домашняя утварь, прялки, украшенные обережным орнаментом. Это были самые доступные, а потому и самые популярные обереги.

            Игрушки, самое любимое всеми детьми во все времена действо. Они также служили оберегами, талисманами для малышей, способными придать больше сил, здоровья, счастья, удачи. Самое первое, что получал малыш – это берестяная погремушка, внутрь которой вкладывались еловые зёрна. Береза, как символ связи с предками и продолжения рода, и защитой от хворей и напастей. Такие погремушки долго хранились в доме, иногда взрослые носили её как амулет.           

            Кроме погремушки, ребенку дарили обережную куклу. С ней можно было быть уверенным, что ребенок защищен. Одна главная особенность у тряпичных обережных кукол, которые клали в люльку детскую, не было лиц. Считалось, что когда кукла приобретает лицо, она приобретает свою душу, становится живой и может быть опасна для ребенка. Тряпичная кукла оставалась жить в доме, пока ребенок рос, оберегая его не только в младенческом возрасте.

Поморы всегда придавали особое значение кругу, считая, что пространство вокруг человека, особенно очерченное в виде круга, делает его недоступным для злых духов и является чудесным оберегом. Особенно относились к поясам, подвязанные вокруг себя и украшенные обережным узором. Пояса же вообще сами по себе наделялись не дюжей магической силой, даже считалось, что часть ее передается тому, кто его носит (даже жениху и невесте незадолго до свадьбы на земле поморской одевались пояса).

- Календарь, который поморы обычно брали с собой на промысел или в дорогу, представлял четырехгранный, шестигранный деревянный или костяной брусок длиной до полуметра. На нем чертами и зазубринами обозначались простые дни и дни праздников. Праздники имели символические обозначения. Например, дни солнцестояния обозначались высоким и низким  солнцем. День, когда холод покатится обратно на север — санями, прилет птиц — птицей, русалий — деревом, день выгона скота — конем. Дни, посвященные Матери-Земле, содержали древний, пришедший к нам из античности, символ Земли — крест в круге. Среди знаков старых календарей оказывается немало знаков связанных с личной жизнью хозяина.

- У поморов и саамов распространен обычай называть реки, озера, тони и островки по именам людей, утонувших в этих водоемах или около них.

- Поморы-староверы совсем не употребляли спиртного.

- Вековой обычай поморов — не обижать сирот, отцов которых погубило море. Из всех актов похоронного обряда отмечаем недостаточно известный обычай ставить после смерти в красный — Божий угол камень и веник. Потом этот веник сжигается.

- Всегда было уважительное отношение к хлебу. Раньше в Поморье не встретишь ребятишек с куском хлеба. Выскочил кто-то из застолья, дожевывая кусок, — отец или дед: «Куды-это кусовничать пошел, сядь на место», да еще провинившемуся скажет: «Посидишь часок». Хлеб нарезали только стоя «Ране хлебушко сижа не резали».

- Отмечено существование поморской магии. Во время первого замёта на треску и селёдку бросали в море серебряные деньги.

- Во время шторма в море лили масло.

- После ледохода мыли лицо водой из моря. Мыть должен был другой человек. Его называли купальна крёсна/купаленка.

- Уходя в море, брали с собой на хороший лов кулебяку (кулебяка — пирог с рыбой).

- В день проводов на стол клали буханку хлеба и солонку, которые оставляли до следующего дня. Рыбакам на тоню, чтобы не погибли, жёны давали с собой морской песок.

- В понедельник нельзя было выходить в море. Существовал запрет на участие в проводах беременных женщин. Если помор погибал, то его имя давали новорожденному «для продления рода».

- Лучше всего было начать лов тайно. Для хорошего улова брали с собой клык морского льва.

- Йозы (или ёзы) — характерная для поморской культуры ограда из наклонных жердей, не применявшаяся нигде в России, кроме Поморья. Любопытно, что такие же ограды распространены и в Скандинавии, что говорит об общих истоках наших северных культур. Йозами поморы огораживали пастбища, для защиты скота от лесного зверя.

В отличие от великороссов поморы не огораживали свои дома оградами или высокими заборами, так как воровства в Поморье никогда не было. Уходя из дому, помор ставил к дверям «завору» — палку, батожок, или метлу, и этого было достаточно, чтобы никто из соседей не заходил в избу, пока «хозява не воротяцце». Цепных собак для защиты дома поморы никогда не держали.

            Земля поморская богата сюрпризами и неизведанными землями, в чем-то она похожа на соседние, в чем-то уникальна. Люди, живущие в этом суровом краю, тесно связаны с природой матушкой. Они доброжелательны, и часто доброжелательность получают в ответ не только от людей, но и от природы, и от всего сущего!

Домострой по-поморски.

1.  Семейные традиции и характер помора:

- уклад семьи;

- женщина и девушка в поморской семье;

- воспитание детей;

- грамотность;

- жилище помора;

- способы приветствия.

             Многие побывавшие на севере очевидцы отмечают особый характер помора.

            Суровые условия быта и изолированность земель от других поселений сделали поморов доброжелательными и гостеприимными, двери в поселениях здесь до сих пор не запираются, а горячий самовар - первое предложение для любого усталого путника, даже совсем не знакомого хозяевам избы. «Поморы доверчивы, сильно и надолго привязываются к чему-то, а также сильно и долго что-то не любят. Некоторыми это качество воспринимается не как постоянство , а как надменность».
        В. Насоновский сравнивает психологию крестьянина Поморья с психологией крестьянина остальной Руси: “Это не мужик, а князь. Ни иго татарщины, ни иго крепостничества, ни иго удельного чиновничества не исковеркало его души. Основные черты его характера: независимость, прямодушие, сознание собственного достоинства, спокойная рассудительность, отсутствие болтливости, что с первого взгляда кажется замкнутостью; в нем нет и признаков лукавой хитрецы и подобострастия, свойственных в большей или меньшей степени крестьянину остальной Руси по отношению, например, к чиновному люду: с последними он снисходительно деликатен”. Свободный, промышленно-предпринимательский дух поморов, привыкших полагаться на свои знания, опыт, умение больше, чем на “божью волю”, поддерживал в них чувство собственного достоинства и убеждение в том, что их земля - Поморье - освоена и устроена собственными силами. Помор привязан к своей Родине, любит ее, “как вечную кормилицу”, “доволен своею судьбою и счастлив по-своему».

          «...Все иностранцы, побывавшие в те времена на Руси, и летописцы отметили различие в характерах северного и южного «народонаселения». У дружинников Южной Руси они отметили храбрость и стремительность в нападении, но отличиться стойкостью те не могли. Противоположное суждение можно узнать о населении Северной Руси: «оно не любит вообще войн, не отличается стремительностью натиска; но где нужно стать крепко и защищаться, там оно неодолимо; здесь, на севере, образовался тот русский воин, которого по известному выражению, можно убить, но не сдвинуть с места». «Северное русское народонаселение», как сказано, «не отличается в истории порывистыми движениями; в поведении его мы замечаем преимущественно медленность, осторожность, постоянство в достижении цели, обдуманность, осторожность в приобретении, стойкость в защите приобретенного. Соответственно характеру народонаселения, все на севере принимает характер прочности». Смелость, предприимчивость, открытость поморов отмечали

многие путешественники и исследователи. Доктор Поле свидетельствует, что «своими качествами, физическими и умственными, далеко превосходит жителей средней части России».              

            Поморы и сегодня никуда не исчезли. Сохранился стереотип поведения, самоназвание, этническое самосознание и чувство «особости». Поморский дух и поморский характер – вот ценности, которые выковали наши предки на протяжении веков, ведя борьбу за самовыживание и существование в суровых условиях Севера и освоения Арктики. Именно эти ценности продолжают определять сущность современных поморов.

            Поморская семья - своеобразный мир, отличала его взаимная уважительность всех ее членов. Раньше Дашек да Палашек здесь не встретишь, малыши Дарьюшки да Пелагеюшки, девушки Дашеньки да Палашеньки, а вышла замуж - уже и по батюшке величают. Отца величали батюшкой, мать - мамушкой, а крёсную - матушкой. 

               Тяжел был труд у поморской семьи. С 5-6 лет девочки шили и ухаживали за младшими детьми, мальчики вязали сети, ловили на удочку рыбу, помогали родителям. С 10-12 лет мальчиков брали на промысел, и начиналась для них сложная и опасная морская страда. Семья все время жила как бы в экстремальных условиях. Трудно представить себе, как справлялась со сложным хозяйством хозяйка-жена – «жёнка», одновременно вынашивающая или вскармливающая грудного ребенка. Отец, глава семьи, ежегодно вынужден был рисковать жизнью, чтобы прокормить семью.

 

            У всех членов семья был ярко выражен общий семейный интерес к делу: «Работаем на строительстве дома, судна, на промысле - всей семьей». До тех пор, пока не разлетались из гнезда дочери и сыновья, всем заправляли отце и мать на равных. Только мать не касалась корабельных дел. Все подчинялись отцу-матери без прекословия, уважительно относились ко всем старшим родичам, особенно к крёсным. Старшие «ставили на ноги» потомство, заботливо, бывало, и с суровой учебой, «с выволочкой», по старике, но не со зла. Тот, кого учили, это понимал. «Без спуску отцы учили, но по делу, - говорил Л. Гуляев. У него была большая дружная семья, порядок в личном хозяйстве и на рабочем месте.           Исследователи отмечают, что в большой семье с «малолетства приучены, шести лет исполнилось - помогай отцу, он учил конопляное прядено скать, сеть вязать. Не шутя «каждодневый урок отец дает, сполнил, там и на улку бежать забовлаяться можно». Сестер мать и бабка учили «перво-наперво вязать, шерсть тряпать на цапах, заплатки разные класть, это одежку чинить. Девки с пяти лет маленьких нянчили. У всех поморов порядок такой. А не так - это у непутевого какого».
            Во все времена поморскую семью отличали высокая нравственность, уважительное отношение между родителями и детьми. Традиционная поморская семья была основой социального устройства на российском севере на протяжении столетий. Ее главные отличия от традиционной русской семьи заключались в полном равноправии между поморскими мужчинами и женщинами, отлаженной системе воспитания детей (включая обязательное обучение грамоте) и в высоком уровне морали. весь уклад жизни поморской семьи формировал у ребенка особое отношение к женщине. Она была не просто хранительницей домашнего очага, быта, а воспринималась олицетворением всех нравственных достоинств, символом Родины.
              
Женщины и девушки Поморья имели совершенно отличный от других районов Руси статус. Как говорилось выше в своих правах они были на равных с мужчинами (хотя патриархальность семьи безусловно сохранялась). Вызвано это суровыми условиями жизни на севере, необходимостью мужей уходить на промысел на несколько месяцев в году (а порой и на полгода). Никогда поморок не называли бабами, а только уважительно «жёнками».

 

            И в решении хозяйственных и бытовых дел были самостоятельнее, чем женщины в других районах дореволюционной России. Они во многом помогали «мужикам» в их опасном труде на море, а в периоды длительных отлучек мужчин на промыслы, в плавания в Норвегию - они оставались правительницами всего хозяйства и главой дома. Поморки знали, испытали, «что хозяйкою дом держится». Хозяин - он добытчик на всю семью, нелегок его труд, а в повседневных хозяйственных и семейных делах он полагался на хозяйку. Девушки-невесты уже с малолетства усваивают - «без хозяйки дом сирота», а подрастая, убеждаются - «без семьи у мужика не жизнь, а одно баловство». К тому же неизбежный в условиях Севера распорядок труда и быта, еще более суровый, чем у крестьянок средней полосы, приучал ее к самостоятельности, а многие виды работы, подчас наравне с мужчиной, - к значительной независимости. «Помор на море хозяин, ему не перечь, а поморка во дому и в детях на равных, а иной раз она над им верх берет, больше эти дела знает, слово каждого, мужа и жены, - слово хозяйское. Она в дому «большуха», так у нас хозяйка зовется ».

            По праву величают женщину – «жёнка». По мнению путешественников того времени, «прежде всего, она природная семьянинка: гордится большой семьей, заботится о ней, поучает её; она хозяйственна, уверена в себе, знает себе цену, смелая, держится и в молодые годы с достоинством, а станет старше - это уже степенная, знающая цену труду , умудренная жизнью женщина. Она «не жалится» (жалуется) при всех своих многочисленных трудах, делах и заботах, тревогах и печалях. Она любит и поговорить, и шутку сказать, и песню спеть, и поспорить, а порой и отругать кого следует за дело, и безотчетное у нее чувство красоты, которое сказывается в убранстве дома и в ее нарядах, и в ее характере». «Поморка семью и труд в хозяйстве наперед всего ставит».
            Жизнь в поморской семье протекала в ее замкнутом кругу. Помор не обсуждал свои семейные дела на людях, поморки тоже считали: семейные дела - свои дела.

Автор одной из летописей дает довольно яркую характеристику поморским женщинам: "Женщина-поморка отличается трудолюбием. Она целые дни хлопочет: то около печи, то около скота, то с детьми, а если вечерком выпадет свободный часок, она, не теряя ни минуты, садится за пряжу шерсти своих овец, за вязанье, за шитье. Женщина-поморка очень чистоплотна, даже до щепетильности. Бедным крестьянкам хлебородных местностей никогда не видать такой чистоты, в какой поморка содержит свой дом, детей и себя саму! С удовольствием еще надо отметить то обстоятельство, что поморка отличается живым умом и наблюдательностью. И за своими детьми как в физическом, так и в нравственном их развитии женщина-поморка следит больше, чем другая крестьянка".

 

М.Ломберг в своих воспоминаниях о службе в Архангельской губернии: "Поморки Летнего берега совсем не похожи на крестьянок: светлые блондинки, высокие, стройные, легкие, с тонкими, миловидными чертами лица, они кажутся переодетыми аристократками". А.А.Жилинский замечает, что "поморки очень мягкосердечны и ласковы. Свою речь они щедро пересыпают эпитетами: "красно солнышко", "дружок", "родименький" и т.п.

            Воспитание детей проходило в атмосфере добра вокруг ребенка, считавшаяся обязательной,

            Благодаря обилию леса, трудолюбию населения и хорошим достаткам", поморы строят себе весьма просторные двухэтажные дома, состоящие из двух половин: передней для людей и задней для скота. Перед постройкой избы всегда исполняется следующее: прежде чем начнут класть сосновые бревна, хозяин будущей избы закапывает, против того места, где будет куть, деньги и ячменные зерна, чтобы было в доме обилие, потом приносит петуха; если петух пропоет, то это хорошее предзнаменование. Выстроивши и освятивши дом, переселяются в него следующим образом: кто-нибудь из домашних вносит в дом какое-нибудь животное: кошку, собаку, чаще всего петуха или курицу. Спускает его на пол и, обращаясь к домовому, произносит слова: "Вот тебе, хозяин, мохнатый зверь на богатый двор!" Затем кто-нибудь идет с хлебом и солью». Следует отметить, что «поморы любят в своих жилищах чистоту и опрятность, и терпеть не могут "прохирей", т.е. нерях». В этом смысле интересно высказывание В.И.Немировича-Данченко, побывавшего на Соловках: "Мы привыкли видеть нашего крестьянина в вечной грязи, тут приходится убедиться, что эта грязь только результат его нищеты. Те же крестьяне в Соловках рационально ведут свои хозяйства и по любви к порядку напоминают собою чистокровных немцев".

            Чем особенно дорожит помор в своей горнице - это, так называемый, "Большой угол". В этом углу, под иконы, усаживают самых почетных гостей; здесь, накануне венчания, выходящая замуж девушка совершает оригинальный обряд прощания с родными ("заплачка"); здесь молятся всей семьей перед отъездом кого-либо из домашних. Поэтому на украшение "Большого угла" благочестивые поморы обращали особое внимание. В "Большом" или, как его иногда еще называют, "красном" углу всегда стоит стол, а так как угол почитался местом жительства Домового, то стол считался ладонью бога Домового. Среди поморов широко было распространено выражение: "Не бей стола: стол - божья ладонь". Стол назывался так от того, по мнению местных жителей, что на нем лежат священные предметы: хлеб да соль. Домовой оберегает хозяев от несчастий, бдительно смотрит за домашним порядком, за хозяйством и за скотом; предуведомляет о будущем несчастье и беде.

Только население Севера сохранило имя женского восточнославянского божества - Мокоши, которая считалась покровительницей воды, хозяйства, семейного очага и женских работ. Вспомним, что роль женщин в ритуализации будней была очень велика: они являлись основными хранителями традиций.

Одной их характерных черт северного быта было неукоснительное соблюдение строгого порядка во всем: в чередовании труда и отдыха, в "расписании" вытей (так на Севере называли прием пищи), в самом ритуале каждой выти... Свидетельства говорят: "Здешние жители обычно едят три и четыре раза в день... Такой режим - очень ранний завтрак (часто холодный), довольно ранний обед, обязательный полдник (паужна) и ужин перед самым сном - характерен для всего северного крестьянского быта".

Еще одна характерная черта северного быта - его непритязательность, скромность, естественная рациональность.

            У поморов имелся традиционный набор приветствий, обращений, форм общения - рабочих и гостевых, т.е. стандартов общения. Так, у поморов социальная разница сказывалась в жестах и формулах приветствия: "большим обычаем" - поклоном до земли - могли приветствовать духовное лицо, богатого односельчанина, "малым обычаем" поклоном в пояс - обменивались ровни, "отдавали" его при входе в чужую избу, жена кланялась мужу, женщины - мужчинам.. Общение было пронизано разнообразными формулами благопожеланий на все случаи жизни; чаще всего преобладали формулы христианского происхождения, типа: "бог заплатит" (благодарность), "бог милостив" (утешение), "с богом" (согласие, прощание, начало любого дела) и т.д. В будничной обстановке взрослые мужики обращались друг к другу либо полным именем, либо по имени-отчеству на общественных сходах, а также к зажиточным и уважаемым односельчанам; в остальных случаях ровни пользовались словом "парень" ("паря") и "уличным уставом". Известный обычай сохранять за каждым уличную насмешливую кличку в смысле приватного прозвища, более употребительного, чем по отчеству и фамилии, распространен по всей России. В Архангельской губернии он известен под оригинальным названием "уличного устава".

Традиционное будничное поведение взрослых слагалось из активной бытовой деятельности - работа, свершение жизненно-важных дел и событий (сватовство, крестины, семейные заботы, обучение детей, лечение больных, помощь старым, соседям) и различных ритуальных действий - обрядов магически-религиозного происхождения. Будничное поведение характеризовалось четкостью временно-пространственных отрезков и их наполнений, чередованием работы и отдыха, умеренностью в быту (пища, одежда и т.п.).

            В праздничные дни менялся у поморов распорядок дня, и пища. В качестве праздников, а часто и под таковым названием выделялись мужские, женские, молодежные и девичьи сборища (гулянья). Любой праздник сопровождался преображением всей будничной обстановки и внешнего облика людей. К воскресенью убирали и мыли в избе, ставили в божницу праздничные иконы, к большим праздникам мыли и "наряжали" дома - подновляли резьбу, роспись, открывали "праздничный" вход, подметали задворки и "улицы" вдоль дома. На праздник же надевали лучшую одежду ("годовую", "добрую"); менялись система приветствий, обращений друг к другу (даже мужа к жене), называний (преобладали величания по имени-отчеству); содержание разговоров (о насущных хозяйственных делах старались не говорить). "У всех блюдется старый обычай: при всякой встрече кланяться и приветствовать друг друга добрым пожеланием и приветом вроде следующего: «Почти праздник-от! Твои гости!»

               Морская деятельность рано вызвала к жизни потребности в грамотных людях,

а постоянные контакты поморов с официальными представителями власти и с иностранцами способствовали развитию грамотности среди значительной части мужского и даже женского населения, наблюдавшейся в XVIII веке. Примечательны архивные записи переписи населения, в которых за указанием того, что «помор Кузнецов не грамотен, но владеет норвежским и шведским языками, владеет различными навигационными приборами (глубинный лот и солнечные часы – все эти навигационные приборы изготовлялись поморскими мастерами), картами морей». Такие характеристики даются практически всем морякам, выходивших на промысел. Многие поморы имели собственные «кочи» (промысловые суда) и навигационные приборы для выхода в море.

            Достоверно известно, что компас долго оставался достаточно примитивным прибором. В России в XVII — начале XVIII века наибо­лее искусно его изготавливали поморы в городах и селах нашего Севера. Это была круглая коробочка диаметром 4—5 санти­метра из моржовой кости, которую помо­ры хранили у пояса в кожаном мешочке. В центре коробочки на костяной шпиль­ке находилась картушка с укрепленными снизу намагниченными металлическими иглами-стрелками. Если компасом (или маткой, как называли его поморы) не пользовались, сверху на него надевали глу­хую крышку. О подобном приборе напи­сано в Морском уставе Петра I.

Морскими путями.

1.   «Море – наше поле»:

- походы и суда поморов;

- промыслы поморов;

- торговля.

 

 

            Поморы - люди сильные, твердые духом, предприимчивые и вольнолюбивые. Открытие Северного морского пути имеет многовековую историю. Рыбные промыслы являлись основным занятием населения и главным источником дохода во всех приморских уездах Белого и Баренцева морей наряду с морским звериным промыслом, оленеводством, лесной промышленностью.

            На ранних этапах освоения восточных водных арктических и сухопутных сибирских просторов совершали хождения кочи и ладьи поморов. В XI веке поморские мореплаватели вышли в моря Северного Ледовитого океана, в XII – XIII вв. открыли острова Вайгач, Матку (Новая Земля), а в конце XV в. – острова Грумант (Шпицберген), Медвежий. В XVI – XVII вв. активно осваивали участок Северного морского пути – от Северной Двины до Тазовской губы в устье Оби, а затем и бассейн реки Енисей.

С развитием морских и речных промыслов тесно связана эволюция поморского судостроения. Строительством промысловых судов – крупных и мелких – занимались в Поморье практически повсеместно, но особенно славились мастера Поморского и Карельского берегов. Поморы строили и использовали на разных промыслах самое испытанное морское судно – карбас, а на прибрежном лове – долбленые лодки древнего типа с нашивными бортами – осиновки, веснянки, ледянки и т.д. Лодка-ледянка была одним из самых универсальных плавсредств созданных поморами для хождения по рекам, озёрам и особенно арктическим морям. А также для ведения промыслов в суровых зимних условиях и льдах.  

Ледянка выполняла несколько различных функций, она использовалась как средство плавания, при необходимости её можно было вытаскивать на сушу, лёд и волочь как сухопутное транспортное средство. В ней перевозились все необходимые для ведения промысла приспособления и всё, что было нужно для жизнедеятельности человека: дрова, продукты, одежда. Кроме того, эта лодка использовалась как жильё на промысле.

            Карбас, который был приспособлен для плавания по рекам и морям. Его использовали и как промысловое судно на морских рыбных и звериных промыслах, и как средство транспортировки продуктов питания, сена, строительных материалов и людей. Карбас, применяемый на морских промыслах, размером был немногим меньше коча, что позволяет поставить его в один ряд с морскими судами (коч, поморская ладья), часть карбасов имела палубы.

            Выйдя к берегам Ледовитого океана и освоив острова Баренцева моря, поморы занялись мореходством как для рыбной ловли и промысла морского зверя, так и для торговли. Именно торговля с коренными жителями, в основном пушная, дала толчок развитию купечества и купеческого флота, который несколько веков, до начала XVIII века, определял уровень развития поморского арктического мореплавания. Этому во многом способствовало создание на опыте беломорского мореплавания типа морских судов, получивших название коч. Кочи были большими и малыми.

            Большой морской коч был двухмачтовым килевым судном (киль поморы называли кокорой), имел длину от 19 до 21 м, при ширине 5-6 м. На верхней палубе размещались две лодки (обычно карбасы), на нижней – три – пять железных якорей, называемых шеймами. Высота бортов над водой превышала 2 м, а общая доходила до 4-4,5 м. Борта были укреплены по ватерлинии дополнительной обшивкой, предохранявшей от трения об лед,- «шубой ледяной». Большой коч имел прямые паруса (обычно два) и проходил за сутки до 200 километров. Конструктивной особенностью коча была форма бортов, изгибом напоминавшая яйцо. При ледовом сжатии такое судно не разламывалось, а выжималось из воды.

            Именно такие корабли позволили поморам сначала освоить акваторию Белого, Баренцева морей, а впоследствии выходцы из Поморья (поморы) на своих судах ходили вдоль всего арктического побережья как на запад в «свейские страны», так и на восток, «встречь солнцу» в Сибирь, на Дальний Восток и даже на Аляску, где основали город Ново-Архангельск (ныне г. Ситка).

Если корабль был военным, могла ставиться пушка. Команда составляла 6 – 12 человек во главе с кормщиком-вожем, а на борт брали до 50. Имелись одна-две каюты для хозяина и кормщика, трюм под палубой. Там размещались припасы, товары и остальная часть команды – жилая часть отделялась от грузовой перегородкой. На борту были специальные приспособления для стаскивания с мели (кочна – род ворота) и водоотливные устройства – гидравлические насосы, приводимые в действие ветряками. При попутном ветре коч мог пройти до 250 км в сутки. главной особенностью кочей была малая осадка, позволявшая им плавать в прибрежной полосе, очистившейся ото льда. Борта имели выпуклую, “бочкообразную” форму. Если судно все же попадало во льды, его не раздавливало, а выжимало на поверхность. Оно могло дрейфовать вместе с ледяным полем. Ни одна из зарубежных экспедиций так и не смогла пробиться через льды восточнее Новой Земли! А русские ходили туда регулярно и каким-то подвигом не считали. Поморские корабли плавали в Карском море еще в XV в., достигли Обской губы, и не позднее 1570-х гг. Отсюда прокладывались пути и дальше на восток – на Таймыр, в Хатангский залив. Кстати, наши предки были весьма квалифицированными исследователями (чертежи XVII в. стояли ближе к действительности, чем те, что были выпущены два века спустя”). В XVI – XVII веках этот тип судна распространился за Урал в Сибирь, претерпев крупные изменения. Поморы ходили на промысел не только в Белое и Баренцево моря. Северные мореходы владели секретами прохождения многих морских путей в Карском, Норвежском и Гренландском морях.

В конце XV века поморы ходили к северным берегам Скандинавии. В поморской навигационной практике этот путь назывался «Ход в немецкий конец». Он проходил вдоль восточного побережья Белого моря и северного берега Кольского полуострова с волоком через полуостров Рыбачий.

            Поморы обладали уникальными практическими навыками, позволявшими совершать дальние плавания в ледовых условиях Арктики с XI века.

            С незапамятных времен основным занятием населения Поморского Севера были звериные и рыболовные промыслы. На взморьях и по берегам рек – всюду были разбросаны рыбные тони, с которых кормилась большая часть населения этого обширного края. Каждая семужья яма, каждое промысловое становище - «скея» или зверобойный участок имели своих коренных хозяев, которые могли продавать свои владения, закладывать их целиком или паями, сдавать в аренду и завещать своим потомкам или монастырям. Одним из видов для многих поморских сел в начале века был тресковый, или иначе "мурманский", промысел. Завести промысловый стан на Мурмане могли лишь богатые поморы и монастыри. Рядовые мурманщики все необходимое им получали от "хозяев" и работали на промыслах обычно за 1/12 часть стоимости добытой продукции. Отправлялись в путь в начале марта. Лов трески производился артелями. Четыре человека работали на судне - "шняке"; один – на берегу (готовил пищу и снасти для ловли рыбы. Помимо мурманской трески, у берегов Белого моря традиционно добывалась сельдь "беломорка". Она активно использовалась поморами в собственном хозяйстве. В Варзуге рыбный промысел базировался на заходящей в реку семге.

            Кроме трески, сельди, сёмги и других пород рыб, поморы промышляли и навагу. Активное освоение поморами Гандвика (Белого моря) связано с промыслом гренландского тюленя. Тюлень весной мигрирует из Гандвика (Белого моря) на север, в Ледовитый океан, и возвращается обратно зимой. В Гандвике зверь собирается в большие стада, что облегчает его промысел.  Зимний зверобойный промысел начинался в начале февраля и продолжался до конца марта. Прибрежные жители заранее начинали сторожить зверя, порой уходя вдоль берега за 100 – 150 вёрст от дома. Сообщения передавались от селения к селению с помощью лошадей, а на Зимнем, Абрамовском, Конушинском и Терском берегах с помощью оленей. В местах сбора промышленников строились специальные промысловые избушки на одну-две лодки (7 – 15 человек). Промышляя зверя на льдах, поморы заходили в море на несколько километров. Добыв зверя, охотники снимали с него хоровину, а мясо выбрасывали. По окончании зимней кампании поморы начинали готовиться к вешнему, или весновальному зверобойному промыслу, который проходил в период линьки зверя с апреля по май. В этот период промышляли белька.

Бытует ошибочное мнение о том, что поморы кроме рыбной ловли и зверобойного промысла ничем больше не занимались. К исконным промыслам поморов относится добыча соли. В Поморье было множество солеварен. Только Соловецкий монастырь имел 50 солеварен, на которых работало 800 постоянных и 300 наемных работников. Солевары Двинской земли давали до 800-1000 пудов соли в год и более двухсот лет снабжали этим продуктом многие районы Московского государства.

                                                              Солеварни                                                                                                                         Смолокурни

           Уже во второй половине 14 века смолу гнали на продажу в поместьях новгородских бояр на Ваге. Важская смола становится предметом заморской торговли сначала новгородцев, а потом и Московской Руси. Смолокурение ещё один из помыслов поморов. Смола употреблялась для смазки обуви, лыж, колес, в судостроении, канатном производстве, кожевенном деле. К ее качеству предъявлялись высокие требования, которым соответствовала поморская смола.

            Промысел слюды интенсивно развивался в 15 веке. Слюда использовалась  для окон и фонарей, оформление карет царей и богатых вельмож. Русская слюда считалась лучшей в мире и была известна в Западной Европе и Азии под названием «мусковита». Она стоила очень дорого: цена ее колебалась от 15 до 150 рублей за пуд. «Слюда, - сообщает в 1674 году в своем сочинении о русской торговле Кильбургер, - добывается между Архангельском и морским берегом у Вайгача на морском выступе и открывается в утесистых высоких горах. Все что бывает длиной и шириною более одного аршина, принадлежит царской монополии и не может быть открыто продаваемо никаким частным лицом».

            Широкий размах приобрел в Поморье и такой необычный промысел, как ловля жемчуга.

                                             Жемчужница                                                                                     Традиционный головной убор Поморской жёнки.

   

            Жемчужные раковины добывали в устьях небольших речек. Из добытого жемчуга местные судные целовальники отбирали десятое, самое лучшее, зерно «на великого государя». Этот «государев» жемчуг отсылали в Колу, а оттуда в Москву. А из Варзуги жемчуг шел в патриаршую казну. В Поморье возникла, а отсюда распространилась и по всей Руси, во всех слоях общества необычная любовь к жемчугу. Им густо осыпали платья и кафтаны, головные уборы.

            Поморье является еще и родиной горного дела в России. В сочинении Марко Поло, где описывается Древняя Русь и ее жители, можно прочитать: «страна эта не торговая, но много у них дорогих мехов… Много у них серебряных руд, добывают они много серебра». Господин Великий Новгород получал дань с Заволочья мехами и серебром. Существует мнение, что это было только закамское серебро из загадочной Югры и Великой Пермии. В то же время мы располагаем сведениями о том, что ещё в 12 веке на Руси велись поиски серебра и меди, добывалось железо, обрабатывался точильный камень. Добытчики руд, «копачи», устраивали домницы, кузницы, делали металлические орудия и инструменты: топоры, ножи, якоря. В Поморье имелись опытные специалисты горного дела: «копачи» и «рудознатцы», «плавильщики» со своим оборудованием, «снастями» для выплавки металлов. Впоследствии Поморье снабжало опытными мастерами зарождавшуюся металлургическую промышленность Урала и Сибири.

            «Земляная кровь» – первая ухтинская нефть – доставлялась бочками в Москву для освещения улиц столицы еще во времена Ивана Грозного. А одна из первых серебряных монет России чеканилась в Поморье, в Архангельске. С середины 16 века в Заволочье большое развитие получили добыча и выплавка железа. Одним из первых железоделательных заводов России стало предприятие, основанное в 1648 году на Ваге близ Шенкурска иностранцами Марселиусом и Акемой.             Поморье изобильно снабжало внутренние области государства продуктами своей местной промышленности, среди которых наиболее важное место принадлежало рыбе (особенно семге), соли, салу и кожам морских зверей и мехам.

           В 1693 году город принимает молодого Петра I. Впервые увидев море, Пётр основывает верфь, принимается строить корабли: закладывает, а спустя год спускает на воду первое отечественное морское торговое судно «Святой Павел». И тут же, в Архангельске, изобретает первый российский флаг (меняя местами цвета флага Голандии).

«Святой Павел» под новым флагом отправляется торговать в Европу с казёнными товарами.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

            Во время пребывания в Архангельске Петр построил домик (50 лет назад строение перевезли в Коломенское и полностью отреставрировали). Здесь в светлице царь отмечал именины. Гости и жители Архангельска стали первыми в России, кто увидел фейерверки, устроеннные в честь этого события.

            В Поморье сосредотачивалась почти вся внешняя торговля государства. Первые годы существования города Архангельска определили его будущее на века вперёд, он становится первым портом России. Пётр личным указом закладывает одно из лучших военных укреплений того времени – Новодвинскую крепость, в 20 километрах к северу от города и закладывает очень вовремя. На самых ранних этапах строительства батареи крепости ведут бой и топят авангард шведской эскадры. Город спасён. Россия становится защищённой с севера, получает первую победу и первые трофеи в Северной войне. 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

                                                                                       Новодвинская крепость

 

Поморье служило главным соединительным звеном между европейской Россией и Сибирью в торговом отношении. Уже к 17 веку оборот Архангельской ярмарки доходил до 3 миллионов рублей. А если учесть, что население всего Российского государства к началу 17 века не превышало 12 миллионов человек, а весь государственный доход в 1724 году составлял 8 миллионов рублей, то ярмарочный оборот Поморья можно признать весьма крупным взносом в развитие экономики России. В это время Холмогоры стали самой заселенной областью Двинской земли. Здесь большое развитие получили речное и морское судостроение, лесопиление и мукомольное дело, смолокурение, плотничество, нарождалось косторезное ремесло, имелись канатные, прядильные и ткацкие предприятия, кузницы и слесарни. Приведем перечень товаров, которыми торговали в Холмогорах, помещенный в грамоте 1588 года двинским целовальником (сборщиком налогов и пошлин): мед, воск, икра, масло, сало, медь, олово, свинец, «мягкие товары» (меха соболя, куницы, бобра, белки, зайца), бархат, атлас, шелк, сукно, платье, хлопчатая бумага, ладан, фимиам, перец и прочее. Иногородние купцы обязаны были останавливаться только в Холмогорском гостином дворе и там торговать. Из той же грамоты мы узнаем, что в Холмогорах торговали английские, голландские (брабантские) и шпанские «немцы». В 12 веке Поморье становится центром русского судостроения. Этому способствует развитие морских и речных промыслов. Там строятся самые совершенные, для того времени, суда, предназначенные для ледового плавания. До своего закрытия (в 1860-ее годы) верфь продолжает оставаться самой мощной в стране, она спускает на воду больше кораблей, чем верфи Петербурга. Порт получает новые специализации. Помимо обслуживания экспорта древесины и рыбы он становится крупнейшей в мире биржей по торговле смолой и пеком. Здесь, на Севере, строят сахарные заводы для переработки сырья.

Стремительное развитие морского судостроения и торговли превращает к 16 веку Холмогоры в один из крупнейших торговых центров России. С середины XVI века начались регулярные торговые отношения Московского государства с Западной Европой через Белое море.

В ХVI – ХVII веках зона промысловой и торговой деятельности стала еще более обширной. Промысловики и мореходы доходили по заполярной территории Западной Сибири до устья Енисея, ходили на Новую Землю, на Шпицберген и прибрежные острова Баренцева и Карского морей. Вот как назывались основные морские пути XVI века: «Мангазейский морской ход», «Новоземельский ход», «Енисейский ход», «Ход Груманланский».

           "Мангазейский морской ход”  был одним из самых известных в истории освоения Сибири. Он проходил вдоль побережья Баренцева моря, через пролив Югорский Шар в Карское море к западному берегу полуострова Ямал, где суда перетаскивали через волок. Судя по летописным сведениям, этот путь был освоен поморами не позднее конца XVI века, а в начале следующего столетия Мангазея стала крупнейшим торговым центром Сибири.

            «Енисейский морской ход» в первые десятилетия XVII в. поморские промышленники стали энергично осваивать районы по крупнейшим восточным притокам Енисея – Нижней и Подкаменной Тунгуске, а также продвигаться вдоль побережья Северного Ледовитого океана к устью реки Пясины, до северо-восточных берегов Таймыра. своеобразный прорыв от Туруханского зимовья вниз по Енисею в Енисейский залив и дальше в Карское море, на Таймырский полуостров, в западную часть моря Лаптевых оказался переломным событием в истории хождения поморов в арктических водах и дальнейшего освоения Сибири!

            «Новоземельский ход»  Время открытия поморами Новой Земли исследователи относят к XII – XV векам. Первые письменные свидетельства о пребывании и промысловой деятельности поморов на архипелаге относятся к XVI веку. На Матку (Новую Землю) поморов привлекали разнообразные богатые промыслы. Они добывали моржовые клыки; песцовые, медвежьи, моржовые, тюленьи и оленьи шкуры; моржовое, тюленье, белушье и медвежье "сало” (ворвань); омуля и гольцов; гусей и других птиц; гагачий пух.

«Груманланский ход» Поморы, промышлявшие добычей морских животных и ловлей рыбы задолго до Баренца, в XI – XII вв., проложили путь к архипелагу Шпицберген, называя его Грумант.

            «Груманланский ход» – это путь из Белого моря вдоль северного берега Кольского полуострова на остров Медвежий и дальше – на архипелаг Шпицберген. Путь на Шпицберген считался относительно легким: в условиях свободного плавания – восемь-девять дней. Поморы ходили на Шпицберген главным образом на промысел моржей. Кроме того, они дорбывали белуху, тюленя, белого медведя, песца, охотились на оленей. Немаловажную статью доходов «груманланов» составлял гагачий пух. В отличие от голландцев, занимавшихся китобойным промыслом на Шпицбергене лишь в летнее время, поморские промышленники оставались здесь на зимовку.

            Уже в XVI – XVII веках поморы совершали регулярные промысловые плавания на Матку (Новую Землю) и Грумант (Шпицберген). С XVI века они наладили регулярное морское сообщение с заполярным городом Мангазея (Западная Сибирь), а оттуда по рекам и сушей поморские промышленники устремились к Енисею и Лене.

            Открытие и начало эксплуатации Северного морского пути можно назвать одной из наиболее выдающихся страниц освоения Российского Севера. Он стал не только кратчайшим водным путем между Европейской Россией и Дальним Востоком, но и уникальным трансконтинентальным маршрутом, представляющим значительный интерес для экономики многих стран мира.

Сторона поморская в наши дни.

1.  Современный поморский край.

2.  Семь чудес Архангельской области.

1.  Современный  поморский край.

 

Архангельская область является крупнейшим субъектом Российской Федерации в европейской части России и крупнейшей областью (провинцией) в Европе. Площадь Архангельской области (589 913 км²) сравнима с площадями крупнейших европейских стран —Францией (547 030 км²) и Испанией (504 782 км²). Область расположена на севере Восточно-Европейской равнины. Омывается Белым, Баренцевым, и Карским морями. Бо́льшая часть территории Архангельской области является районами Крайнего Севера, т.е. присутствует прохладное лето и продолжительная холодная зима. На северо-востоке области распространена многолетняя мерзлота.

        Образована 23 сентября 1937 года при разделении Северной области РСФСРСССР.

Административный центр области — город Архангельск.

              Архангельск – областной центр Архангельской области. Его называют родиной северной истории, культуры, традиций, культурно–исторической столицей Русского Севера, крупнейшим центром науки Поморья. Здесь сохранился древнейший эпос, музыкальная и песенно–фольклорная культура, иконопись, деревянное зодчество, летописи и письменные документы. Целая плеяда знаменитых русских писателей, художников, ученых, начиная с выдающегося Ломоносова, являются гордостью отечественной науки и культуры.

             В Архангельске множество архитектурных достопримечательностей, среди которых подворье Соловецкого монастыря и старейшее в России здание Гостиного двора, — одно из немногих сохранившихся памятников русского зодчества второй половины XVII века, поражающее своей красотой и мощью. На территории города Архангельска находится Новодвинская крепость — первая бастионная приморская крепость в России. Крепость возведена в 1701–1721 гг. по указу Петра I для защиты Архангельска от нападения с моря.        Культурная жизнь Архангельска разнообразна и богата. В городе есть три театра, музеи, проводятся различные фестивали, концерты, ярмарки. Особой любовью горожан и гостей города пользуется Международный фестиваль уличных театров, на который съезжаются десятки театров из разных стран мира. В это время Архангельск превращается в уличную театральную площадку с огромным количеством фееричных выступлений, карнавальным шествием, различными мастер–классами по актерскому мастерству, клоунаде, ходьбе на ходулях. Архангельск — это единственный российский город, в котором Новый год празднуется не только в январе. В сентябре архангелогородцы празднуют Поморский новый год, который традиционно совпадает с открытием Маргаритинской ярмарки — главной ярмарки Поморья, история которой насчитывает несколько столетий. Маргаритинская ярмарка — это не только выставка–продажа,но и большой праздник для всех горожан и туристов.

        Полезные ископаемые и природные ресурсы  имеют главным образом осадочное происхождение: область располагает значительными неосвоенными запасами природных ресурсов: леса (эксплуатационный запас которых оценивается в 1,58 млрд м³, занимают территорию около 230 тыс. км²), нефть, газ, бокситы, титановые руды, золото, медно-никелевые и свинцово-марганцевые руды, полиметаллы, марганец, базальт, бокситы, торф..

        На территории области расположены:

  • Пинежский заповедник,

  • Кенозерский национальный парк,

  • национальный парк «Русская Арктика»,

  • национальный парк «Онежское Поморье»,

  • 33 заказника,

  • частично расположен Водлозерский национальный парк.

        Архипелаги и острова

  • Вайгач, Виктория, Земля Франца-Иосифа, Кий-остров, Колгуев, Моржовец, Мудьюгский, Новая Земля, Соловецкие острова.

Численность населения области по данным Росстата составляет 1 183 323 чел. (2015). Плотность населения — 2,00 чел./км2 (2015). Городское население — 76,97 % (2015).

На территории области, в городе Северодвинске находится Центр атомного судостроения России.

Рядом с городом Мирный находится космодром Плесецк.

            Архангельская область обладает развитой рыбной (Архангельский траловый флот), лесной, деревообрабатывающей (Соломбальский лесопильно-деревообрабатывающий комбинат) и целлюлозно-бумажной промышленностью (Котласский целлюлозно-бумажный комбинат,Котласский химический завод, Архангельский ЦБК, имеется машиностроение (ПО «Севмаш», ЦС «Звёздочка», Котласский электромеханический завод, Соломбальский машиностроительный завод), выполняющее оборонный заказ, а также обслуживающее рыбную и деревообрабатывающую промышленности.

         Люди России, исторически связанные с областью:

1.  Никон (Патриарх Московский) (1605 год — 17 (27) августа 1681 года)

Патриарх Московский (1652—1667). В 1635 году принял постриг с именем Никон в Свято-Троицком Анзерском скиту Соловецкого монастыря. Посещал Соловецкий монастырь 3-7 (13-17) июня 1652 года для перенесения мощей святителя Филиппа, митрополита Московского.

2.  Иоанн Кронштадтский (1829—1908) — духовный писатель, проповедник, церковно-общественный и социальный деятель, канонизирован Русской православной церковью.

 

3.  Ломоносов Михаил Васильевич (1711—1765) — первый русский учёный-естествоиспытатель, энциклопедист, химик и физик России, урожденный помор Архангельской губернии. Разработал проект Московского университета, впоследствии названного в его честь. Астроном, приборостроитель, географ, металлург, геолог, поэт, утвердил основания современного русского литературного языка, художник, историк, поборник развития отечественного просвещения, науки и экономики России.

4.  Баранов Александр Андреевич (1746—1819) — купец, первый главный правитель русских поселений в Америке (1790—1818).

5.  Дежнёв Семён Иванович (1605—1673) — российский мореход первооткрыватель. Родился предположительно в одном из сёл Архангельская области, в Пинежском районе.

6.  Степа́н Григо́рьевич Писа́хов (13 (25) октября 1879, Архангельск — 3 мая 1960, Архангельск) — русский художник,писатель, этнограф, сказочник, преподаватель живописи

7.  Шубин, Федот Иванович (1740—1805) — великий русский скульптор.

8.  Кузнецов, Николай Герасимович (1904—1974) — советский военно-морской деятель, Адмирал Флота Советского Союза, Герой Советского Союза.

9.  Шабалин, Александр Осипович (1914—1982) — контр-адмирал, дважды Герой Советского Союза.

2. Семь чудес Архангельской области.

1.   СОЛОВЕЦКИЙ АРХИПЕЛАГ — жемчужина Архангельской области, духовный центр России. Сюда приезжают укрепить веру, обрести душевный покой и насладиться суровой красотой северных пейзажей и древней архитектуры.

В состав соловецкого архипилага входят:

1. БОЛЬШОЙ ЗАЯЦКИЙ ОСТРОВ   На небольшой площади сосредоточены уникальные памятники разного времени. Необычна и природа острова – карликовая растительность псевдотундры. 

2. БОТАНИЧЕСКИЙ САД  является одной из самых уникальных достопримечательностей Соловецких островов.

3. ГОРА  СЕКИРНАЯ – одна из самых высоких точек Большого Соловецкого острова. С её вершины открывается вид на остров и Белое море.

4. КАМЕННЫЕ СПИРАЛЕВИДНЫЕ ФИГУРЫ - одна из загадок Соловецких островов. Соловецкие монахи называли их раньше "вавилоны", сейчас ученые называют каменными лабиринтами.

5. СОЛОВЕЦКИЙ КРЕМЛЬ   На территории кремля в настоящее время действуют две организации: Соловецкий государственный историко-архитектурный и природный музей-заповедник и Спасо-Преображенский Соловецкий ставропигиальный мужской монастырь. Общая протяженность стен Соловецкой крепости 1200 м, толщина у основания до 7 м, высота до 10 м, высота башен до 17 м. На протяжении трех столетий, с середины XVI до конца XIX века, Соловецкий монастырь был государственной тюрьмой, в которую за преступления против веры и государства ссылались многочисленные узники.

6. На Соловецких островах в Белом море находится один из тридцати СТАВРОПИГИАЛЬНЫХ  МОНАСТЫРЕЙ  РУССКОЙ  ПРАВОСЛАВНОЙ  ЦЕРКВИ – Спасо-Преображенский Соловецкий ставропигиальный мужской монастырь Русской Православной Церкви.

7. СУДОХОДНАЯ ОЗЕРНО-КАНАЛЬНАЯ СИСТЕМА НА ОСТРОВЕ  БОЛЬШОЙ СОЛОВЕЦКИЙ.  На Соловецком архипелаге более 500 озер, они покрывают 15 % площади островов. 200 из них соединены между собой каналами. Эта работа началась еще в XVI веке и продолжалась до 30-хх гг. ХХ века. В начале ХХ века была создана судоходная система, связывающая монастырь и дальние северные скиты. Сейчас по этой системе можно пройти на лодках, познакомится с нетронутой соловецкой природой. 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

8. ЭКСПОЗИЦИЯ "СОЛОВЕЦКАЯ ШКОЛА ЮНГ "1942-1945".  Разделы экспозиции знакомят посетителей с историей образования Школы юнг, ее строительством, процессом обучения, судьбами воспитанников, а также с работой по увековечиванию памяти о Школе и ее выпускниках.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

9. СОЛОВЕЦКАЯ МОНАСТЫРСКАЯ ТЮРЬМА в течение многих лет использовался в качестве места изоляции непокорных (с XVI до начала XX века).

В давние времена туда ссылались непокорные воле государя православные иерархи, еретики и сектанты, а так же политически неблагонадёжные. Официально закрыта в 1883 году.

В 1919 году ВЧК учредила ряд принудительные трудовые лагеря в Архангельской губернии. Один из них - Соловецкий лагерь особого назначения (СЛОН) (1923). Лагерю было передано в пользование все имущество Соловецкого монастыря, закрытого с 1920 года. В 1936 году Соловки получили новое название Соловецкая тюрьма особого назначения (СТОН).

2.  КЕНОЗЕРСКИЙ  НАЦИОНАЛЬНЫЙ  ПАРК.

        Среди дремучих лесов и болот северо-западной России чудесным образом сохранилась частичка легендарной, давно ушедшей в сказки и былины, древней Руси. Это Кенозерский национальный парк – особо охраняемая природная территория, один из последних островков исконного русского жизненного уклада, культуры, традиций, выдающийся образец североевропейского культурного ландшафта. На его территории Кенозерского национального парка обнаружено более 700 видов растений, проживают 322 вида животных, а в почти 300 озёрах и реках обитают 28 видов рыб. 114 видов растений и животных занесены в Красные книги России и Архангельской области.

        Кенозерский национальный парк — единственный национальный парк в России, взявший на свой баланс почти 100 памятников архитектуры, среди которых — шедевры русского деревянного зодчества XVIII века. Один из центров Кенозерского национального парка — Деревня Вершинино.

        Сегодня деревня Вершинино раскинулась хороводом старинных крестьянских изб вдоль северного берега Кенозерского плёса. Над древним поселением высится священный холм, а на его вершине, словно парит в небе, Никольская часовня. Николай Чудотворец — особо почитаемый святой на Русском Севере, именно поэтому множество храмов и часовен посвятили наши предки Николаю Угоднику. Православные считают его покровителем путешественников и мореплавателей.

        Здесь можно увидеть сразу несколько памятников старины.

Часовня Николая Мирликийского. Построена XVIII веке, в XX веке к ней была пристроена колокольня. Реставрирована российскими и норвежскими мастерами. Часовня — украшение всего Кенозера. Она стоит на самой высокой точке плато, немного на скате холма. «Небеса» в часовне созданы в XIX веке. По воскресеньям здесь проходят службы. В остальное время ключи можно взять в конторе парка.

• Остатки каменной Успенской церкви XIX века. Она была построена на месте двух сгоревших в XIX веке деревянных шатровых храмов и колокольни. Сейчас по престольным праздникам здесь проводятся службы.

Часовня Иоанна Богослова расположена к востоку от Никольской часовни. На первый взгляд это обычный маленький сруб с двухскатной крышей. И только врезанная в нее тонкая главка с крестом выдают часовенку.

• На окраине Вершинина за деревней Шишкино — «cвященная» роща. В роще когда-то была Тихвинская часовня XIX века. Говорят, она была привезена сюда из уже несуществующей деревни Щейник. Но после войны часовня сгорела, а на ее месте поставили памятный деревянный крест. Сейчас рядом с крестом на деньги местных жителей строится новая Тихвинская часовня.

Визит-центр — это постоянная выставка крестьянского быта Кенозерья, где можно осмотреть экспонаты, послушать заранее заказанную экскурсию, купить книги, сувениры, буклеты о парке. Здесь же и библиотека.

Музей «Рухлядный амбар». Сейчас в нем размещен музейный фонд Кенозерского парка. Помимо предметов быта и изделий местных художественных промыслов здесь можно увидеть находящиеся на хранении расписные доски «небес» из различных часовен. Здесь же находится гончарная мастерская со станком и печью для обжига.

Мастерская древодела. Здесь можно увидеть инструменты для обработки дерева, образцы готовых изделий, например, наличники, варианты сборки брёвен в сруб и многое другое.

        Церкви и часовни есть практически во всех деревнях, часто часовни могут располагаться просто в лесу — в так называемых «святых рощах». Они никем не охраняются, и все действующие. Туда можно зайти помолиться в любое время. Главное, уходя из часовни, погасить свечку, чтобы не случился пожар.

        Коллекция расписных «небес» Кенозерского национального парка — самая большая в России. Их здесь 15. «Небеса» — это уникальное архитектурное явление. Они появились в XVII веке и представляют собой деревянный расписной потолок в деревянных храмах. Уникальным явлением считается наличие двух «небес» — в алтаре и в храме (это можно увидеть в Порженском погосте и в церкви деревни Филипповской).

        Ещё один феномен парка — «священные» рощи. В парке их несколько десятков. И местные жители бережно их охраняют. «Священные» рощи возникли еще до принятия христианства и считаются местами языческих капищ.

         Здесь не стоит громко разговаривать, петь, рвать цветы и рубить деревья. Если рядом с рощей имеется озеро, то ловить рыбу в нём не рекомендуется, а вот купаться можно вволю. В каждой роще обычно стоит часовня. Самая известная роща на Кенозере — у деревни Шишкино. Люди до сих пор поклоняются и отдельно стоящим деревьям, камням. У дороги на Почозеро стоит одинокая раскидистая сосна, украшенная разноцветными лентами. Ей около 200 лет. Можжевельник, увешанный полосками белой ткани, стоит около обетных крестов у деревни Телицыно.

Архитектурная жемчужина Кенозерья — ансамбль церкви Святого Георгия XVII века в деревне Порженское. Так называемый Порженский погост. Он расположен на берегу Порженского озера в «святой» роще и обнесен деревянной рубленой оградой, сделанной ещё в 1789 году. Рядом еще одно озеро — Большое, из которого вытекает и впадает в Кенозеро речка Порженка. К Георгиевской церкви пристроена низкая трапезная, а за ней — высокая шатровая колокольня. В церкви сохранились уникальные двойные «небеса»: одни — в молельном зале, вторые — в алтаре. В алтаре — лики апостолов, а в трапезной изображены распятие и архангелы. Рядом с погостом есть хорошая оборудованная стоянка с дровами и баней.

В деревне Филипповской стоит древний храмовый ансамбль из двух деревянных церквей и шатровой колокольни — Почозерский погост XVII-XVIII веков. Это один из трех сохранившихся в Архангельской области и один из пяти в России ансамблей-тройников. Тройник — это две церкви и колокольня, объединённые трапезной и переходами. В шатровой церкви сохранились два «неба»: в молельном зале и в алтаре. Доски «небес» расписаны ликами архангелов, архиереев и мучениц. Комплекс стоит на вершине высокого холма.

3. КИЙ-ОСТРОВ — шедевр северной природы. На небольшой территории острова можно увидеть все разнообразие северных ландшафтов: от многометровых гранитных скал до маленьких озер, затерянных в глубине острова. История Кий-острова тесно связана с именем известного религиозного деятеля XVII века и реформатора Русской Православной Церкви Патриарха Никона, где он нашел чудесное спасение. В благодарность Патриарх основал на Кий-острове Крестный монастырь. Здесь особая благодать, необыкновенная природа.

Люди, побывавшие на острове, на всю жизнь влюбляются в это незабываемое место, его особую красоту.

Резьба по дереву.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

       Резьба по кости.

             Русский традиционный народный художественный промысел, возникший в XVII веке в Холмогорах Архангельской области. Поморы добывали сырье – кости тюленей, рыб, моржей, ископаемую мамонтовую кость, - для производства неповторимых резных изделий. 

С XVIII веке мода на костяные бытовые изделия (гребни, шахматы, шкатулки, табакерки, чарки, туалетные коробочки, деревянные ларцы-теремки, оклеенные костяными пластинками, часто окрашенные в коричневый, жёлтый или оранжевый цвет) только способствовала расцвету искусства холмогорской резьбы по кости. Изделия украшались гравировкой и ажурной резьбой «на проём» (под неё подкладывалась цветная фольга или слюда, что усиливало декоративность). Лучшими косторезами XVII века – начала развития народного промысла резьбы по кости – стали братья Шешенины, которые творили в московской Оружейной палате. 
В XVIII веке холмогорское ремесло достигло периода расцвета, и уже тогда мастера искусно выполняли элитные изделия из слоновой, мамонтовой, моржовой кости – всевозможные шкатулки, коробочки, табакерки, миниатюрные секретеры, декоративные кубки, пластины с портретами, браслеты, гребешки, украшенные холмогорской резьбой по кости. Все эти предметы отличались изысканностью форм, необычностью сочетания ажурного орнамента с сюжетными рельефными изображениями, изящностью техники исполнения. 

           На Севере Руси талисманами и оберегами служило все, что только могло использоваться под это дело. Главным оберегом дома являлся дервянный конь, усаженный на крышу дома, зорко глядяший вдаль, он охранял дома днем и ночью. Существовали и обереги, которые можно взять с собой - варежки, пояса, полотенца, домашняя утварь, прялки, украшенные обережным орнаментом. Это были самые доступные, а потому и самые популярные обереги.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

            Игрушки, самое любимое всеми детьми во все времена действо. Они также служили оберегами, талисманами для малышей, способными придать больше сил, здоровья, счастья, удачи. Самое первое, что получал малыш – это берестяная погремушка, внутрь которой вкладывались еловые зёрна. Береза, как символ связи с предками и продолжения рода, и защитой от хворей и напастей. Такие погремушки долго хранились в доме, иногда взрослые носили её как амулет.      

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Кроме погремушки, ребенку дарили обережную куклу. С ней можно было быть уверенным, что ребенок защищен. Одна главная особенность у тряпичных обережных кукол, которые клали в люльку детскую, не было лиц. Считалось, что когда кукла приобретает лицо, она приобретает свою душу, становится живой и может быть опасна для ребенка. Тряпичная кукла оставалась жить в доме, пока ребенок рос, оберегая его не только в младенческом возрасте.

            Поморы всегда придавали особое значение кругу, считая, что пространство вокруг человека, особенно очерченное в виде круга, делает его недоступным для злых духов и является чудесным оберегом. Особенно относились к поясам, подвязанные вокруг себя и украшенные обережным узором. Пояса же вообще сами по себе наделялись не дюжей магической силой, даже считалось, что часть ее передается тому, кто его носит (даже жениху и невесте незадолго до свадьбы на земле поморской одевались пояса).

- Календарь, который поморы обычно брали с собой на промысел или в дорогу, представлял четырехгранный, шестигранный деревянный или костяной брусок длиной до полуметра. На нем чертами и зазубринами обозначались простые дни и дни праздников. Праздники имели символические обозначения. Например, дни солнцестояния обозначались высоким и низким  солнцем. День, когда холод покатится обратно на север — санями, прилет птиц — птицей, русалий — деревом, день выгона скота — конем. Дни, посвященные Матери-Земле, содержали древний, пришедший к нам из античности, символ Земли — крест в круге. Среди знаков старых календарей оказывается немало знаков связанных с личной жизнью хозяина.

- У поморов и саамов распространен обычай называть реки, озера, тони и островки по именам людей, утонувших в этих водоемах или около них.

- Поморы-староверы совсем не употребляли спиртного.

- Вековой обычай поморов — не обижать сирот, отцов которых погубило море. Из всех актов похоронного обряда отмечаем недостаточно известный обычай ставить после смерти в красный — Божий угол камень и веник. Потом этот веник сжигается.

- Всегда было уважительное отношение к хлебу. Раньше в Поморье не встретишь ребятишек с куском хлеба. Выскочил кто-то из застолья, дожевывая кусок, — отец или дед: «Куды-это кусовничать пошел, сядь на место», да еще провинившемуся скажет: «Посидишь часок». Хлеб нарезали только стоя «Ране хлебушко сижа не резали».

- Отмечено существование поморской магии. Во время первого замёта на треску и селёдку бросали в море серебряные деньги.

- Во время шторма в море лили масло.

- После ледохода мыли лицо водой из моря. Мыть должен был другой человек. Его называли купальна крёсна/купаленка.

- Уходя в море, брали с собой на хороший лов кулебяку (кулебяка — пирог с рыбой).

- В день проводов на стол клали буханку хлеба и солонку, которые оставляли до следующего дня. Рыбакам на тоню, чтобы не погибли, жёны давали с собой морской песок.

- В понедельник нельзя было выходить в море. Существовал запрет на участие в проводах беременных женщин. Если помор погибал, то его имя давали новорожденному «для продления рода».

- Лучше всего было начать лов тайно. Для хорошего улова брали с собой клык морского льва.

- Йозы (или ёзы) — характерная для поморской культуры ограда из наклонных жердей, не применявшаяся нигде в России, кроме Поморья. Любопытно, что такие же ограды распространены и в Скандинавии, что говорит об общих истоках наших северных культур. Йозами поморы огораживали пастбища, для защиты скота от лесного зверя.

В отличие от великороссов поморы не огораживали свои дома оградами или высокими заборами, так как воровства в Поморье никогда не было. Уходя из дому, помор ставил к дверям «завору» — палку, батожок, или метлу, и этого было достаточно, чтобы никто из соседей не заходил в избу, пока «хозява не воротяцце». Цепных собак для защиты дома поморы никогда не держали.

            Земля поморская богата сюрпризами и неизведанными землями, в чем-то она похожа на соседние, в чем-то уникальна. Люди, живущие в этом суровом краю, тесно связаны с природой матушкой. Они доброжелательны, и часто доброжелательность получают в ответ не только от людей, но и от природы, и от всего сущего!

 

 

 

Домострой по-поморски.

1.   Семейные традиции и характер помора:

- уклад семьи;

- женщина и девушка в поморской семье;

- воспитание детей;

- грамотность;

- жилище помора;

- способы приветствия.

1.     «Море – наше поле»:

 

- походы и суда поморов;

- промыслы поморов;

- торговля.

Морскими путями.

Выйдя к берегам Ледовитого океана и освоив острова Баренцева моря, поморы занялись мореходством как для рыбной ловли и промысла морского зверя, так и для торговли. Именно торговля с коренными жителями, в основном пушная, дала толчок развитию купечества и купеческого флота, который несколько веков, до начала XVIII века, определял уровень развития поморского арктического мореплавания. Этому во многом способствовало создание на опыте беломорского мореплавания типа морских судов, получивших название коч. Кочи были большими и малыми.          Поморы - люди сильные, твердые духом, предприимчивые и вольнолюбивые. Открытие Северного морского пути имеет многовековую историю. Рыбные промыслы являлись основным занятием населения и главным источником дохода во всех приморских уездах Белого и Баренцева морей наряду с морским звериным промыслом, оленеводством, лесной промышленностью.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

            На ранних этапах освоения восточных водных арктических и сухопутных сибирских просторов совершали хождения кочи и ладьи поморов. В XI веке поморские мореплаватели вышли в моря Северного Ледовитого океана, в XII – XIII вв. открыли острова Вайгач, Матку (Новая Земля), а в конце XV в. – острова Грумант (Шпицберген), Медвежий. В XVI – XVII вв. активно осваивали участок Северного морского пути – от Северной Двины до Тазовской губы в устье Оби, а затем и бассейн реки Енисей.

С развитием морских и речных промыслов тесно связана эволюция поморского судостроения. Строительством промысловых судов – крупных и мелких – занимались в Поморье практически повсеместно, но особенно славились мастера Поморского и Карельского берегов. Поморы строили и использовали на разных промыслах самое испытанное морское судно – карбас, а на прибрежном лове – долбленые лодки древнего типа с нашивными бортами – осиновки, веснянки, ледянки и т.д. Лодка-ледянка была одним из самых универсальных плавсредств созданных поморами для хождения по рекам, озёрам и особенно арктическим морям. А также для ведения промыслов в суровых зимних условиях и льдах.  

Ледянка выполняла несколько различных функций, она использовалась как средство плавания, при необходимости её можно было вытаскивать на сушу, лёд и волочь как сухопутное транспортное средство. В ней перевозились все необходимые для ведения промысла приспособления и всё, что было нужно для жизнедеятельности человека: дрова, продукты, одежда. Кроме того, эта лодка использовалась как жильё на промысле.

            Карбас, который был приспособлен для плавания по рекам и морям. Его использовали и как промысловое судно на морских рыбных и звериных промыслах, и как средство транспортировки продуктов питания, сена, строительных материалов и людей. Карбас, применяемый на морских промыслах, размером был немногим меньше коча, что позволяет поставить его в один ряд с морскими судами (коч, поморская ладья), часть карбасов имела палубы.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

             "Мангазейский морской ход”  был одним из самых известных в истории освоения Сибири. Он проходил вдоль побережья Баренцева моря, через пролив Югорский Шар в Карское море к западному берегу полуострова Ямал, где суда перетаскивали через волок. Судя по летописным сведениям, этот путь был освоен поморами не позднее конца XVI века, а в начале следующего столетия Мангазея стала крупнейшим торговым центром Сибири.

            «Енисейский морской ход» в первые десятилетия XVII в. поморские промышленники стали энергично осваивать районы по крупнейшим восточным притокам Енисея – Нижней и Подкаменной Тунгуске, а также продвигаться вдоль побережья Северного Ледовитого океана к устью реки Пясины, до северо-восточных берегов Таймыра. своеобразный прорыв от Туруханского зимовья вниз по Енисею в Енисейский залив и дальше в Карское море, на Таймырский полуостров, в западную часть моря Лаптевых оказался переломным событием в истории хождения поморов в арктических водах и дальнейшего освоения Сибири!

            «Новоземельский ход»  Время открытия поморами Новой Земли исследователи относят к XII – XV векам. Первые письменные свидетельства о пребывании и промысловой деятельности поморов на архипелаге относятся к XVI веку. На Матку (Новую Землю) поморов привлекали разнообразные богатые промыслы. Они добывали моржовые клыки; песцовые, медвежьи, моржовые, тюленьи и оленьи шкуры; моржовое, тюленье, белушье и медвежье "сало” (ворвань); омуля и гольцов; гусей и других птиц; гагачий пух.

            «Груманланский ход» Поморы, промышлявшие добычей морских животных и ловлей рыбы задолго до Баренца, в XI – XII вв., проложили путь к архипелагу Шпицберген, называя его Грумант.

«Груманланский ход» – это путь из Белого моря вдоль северного берега Кольского полуострова на остров Медвежий и дальше – на архипелаг Шпицберген. Путь на Шпицберген считался относительно легким: в условиях свободного плавания – восемь-девять дней. Поморы ходили на Шпицберген главным образом на промысел моржей. Кроме того, они дорбывали белуху, тюленя, белого медведя, песца, охотились на оленей. Немаловажную статью доходов «груманланов» составлял гагачий пух. В отличие от голландцев, занимавшихся китобойным промыслом на Шпицбергене лишь в летнее время, поморские промышленники оставались здесь на зимовку.

            Уже в XVI – XVII веках поморы совершали регулярные промысловые плавания на Матку (Новую Землю) и Грумант (Шпицберген). С XVI века они наладили регулярное морское сообщение с заполярным городом Мангазея (Западная Сибирь), а оттуда по рекам и сушей поморские промышленники устремились к Енисею и Лене.

Открытие и начало эксплуатации Северного морского пути можно назвать одной из наиболее выдающихся страниц освоения Российского Севера. Он стал не только кратчайшим водным путем между Европейской Россией и Дальним Востоком, но и уникальным трансконтинентальным маршрутом, представляющим значительный интерес для экономики многих стран мира.

   

 

 

 

 

 

 

           Современный  поморский край.

           Архангельская область является крупнейшим субъектом Российской Федерации в европейской части России и крупнейшей областью (провинцией) в Европе. Площадь Архангельской области (589 913 км²) сравнима с площадями крупнейших европейских стран —Францией (547 030 км²) и Испанией (504 782 км²). Область расположена на севере Восточно-Европейской равнины. Омывается Белым, Баренцевым, и Карским морями. Бо́льшая часть территории Архангельской области является районами Крайнего Севера, т.е. присутствует прохладное лето и продолжительная холодная зима. На северо-востоке области распространена многолетняя мерзлота.

        Образована 23 сентября 1937 года при разделении Северной области РСФСРСССР.

Административный центр области — город Архангельск.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

             Архангельск – областной центр Архангельской области. Его называют родиной северной истории, культуры, традиций, культурно–исторической столицей Русского Севера, крупнейшим центром науки Поморья. Здесь сохранился древнейший эпос, музыкальная и песенно–фольклорная культура, иконопись, деревянное зодчество, летописи и письменные документы. Целая плеяда знаменитых русских писателей, художников, ученых, начиная с выдающегося Ломоносова, являются гордостью отечественной науки и культуры.

            В Архангельске множество архитектурных достопримечательностей, среди которых подворье Соловецкого монастыря и старейшее в России здание Гостиного двора, — одно из немногих сохранившихся памятников русского зодчества второй половины XVII века, поражающее своей красотой и мощью. На территории города Архангельска находится Новодвинская крепость — первая бастионная приморская крепость в России. Крепость возведена в 1701–1721 гг. по указу Петра I для защиты Архангельска от нападения с моря.        Культурная жизнь Архангельска разнообразна и богата. В городе есть три театра, музеи, проводятся различные фестивали, концерты, ярмарки. Особой любовью горожан и гостей города пользуется Международный фестиваль уличных театров, на который съезжаются десятки театров из разных стран мира. В это время Архангельск превращается в уличную театральную площадку с огромным количеством фееричных выступлений, карнавальным шествием, различными мастер–классами по актерскому мастерству, клоунаде, ходьбе на ходулях. Архангельск — это единственный российский город, в котором Новый год празднуется не только в январе. В сентябре архангелогородцы празднуют Поморский новый год, который традиционно совпадает с открытием Маргаритинской ярмарки — главной ярмарки Поморья, история которой насчитывает несколько столетий. Маргаритинская ярмарка — это не только выставка–продажа,но и большой праздник для всех горожан и туристов.

        Полезные ископаемые и природные ресурсы  имеют главным образом осадочное происхождение: область располагает значительными неосвоенными запасами природных ресурсов: леса (эксплуатационный запас которых оценивается в 1,58 млрд м³, занимают территорию около 230 тыс. км²), нефть, газ, бокситы, титановые руды, золото, медно-никелевые и свинцово-марганцевые руды, полиметаллы, марганец, базальт, бокситы, торф..

На территории области расположены

  • Пинежский заповедник,

  • Кенозерский национальный парк,

  • национальный парк «Русская Арктика»,

  • национальный парк «Онежское Поморье»,

  • 33 заказника,

  • частично расположен Водлозерский национальный парк.

Архипелаги и острова

  • Вайгач, Виктория, Земля Франца-Иосифа, Кий-остров, Колгуев, Моржовец, Мудьюгский, Новая Земля, Соловецкие острова.

Численность населения области по данным Росстата составляет 1 183 323 чел. (2015). Плотность населения — 2,00 чел./км2 (2015). Городское население — 76,97 % (2015).

На территории области, в городе Северодвинске находится Центр атомного судостроения России

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

                                                                                                                               Около города Мирного находится космодром Плесецк.

 

       Архангельская область обладает развитой рыбной (Архангельский траловый флот), лесной, деревообрабатывающей (Соломбальский лесопильно-деревообрабатывающий комбинат) и целлюлозно-бумажной промышленностью (Котласский целлюлозно-бумажный комбинат,Котласский химический завод, Архангельский ЦБК, имеется машиностроение (ПО «Севмаш», ЦС «Звёздочка», Котласский электромеханический завод, Соломбальский машиностроительный завод), выполняющее оборонный заказ, а также обслуживающее рыбную и деревообрабатывающую промышленности.

       Люди России, исторически связанные с областью

  •       Никон (Патриарх Московский) (1605 год — 17 (27) августа 1681 года)

Патриарх Московский (1652—1667). В 1635 году принял постриг с именем Никон в Свято-Троицком Анзерском скиту Соловецкого монастыря. Посещал Соловецкий монастырь 3-7 (13-17) июня 1652 года для перенесения мощей святителя Филиппа, митрополита Московского.

  • Иоанн Кронштадтский (1829—1908) — духовный писатель, проповедник, церковно-общественный и социальный деятель, канонизирован Русской православной церковью.

  • Ломоносов Михаил Васильевич (1711—1765) — первый русский учёный-естествоиспытатель, энциклопедист, химик и физик России, урожденный помор Архангельской губернии. Разработал проект Московского университета, впоследствии названного в его честь. Астроном, приборостроитель, географ, металлург, геолог, поэт, утвердил основания современного русского литературного языка, художник, историк, поборник развития отечественного просвещения, науки и экономики России.

  • Баранов Александр Андреевич (1746—1819) — купец, первый главный правитель русских поселений в Америке (1790—1818).

  • Дежнёв Семён Иванович (1605—1673) — российский мореход первооткрыватель. Родился предположительно в одном из сёл Архангельская области, в Пинежском районе.

  • Степа́н Григо́рьевич Писа́хов (13 (25) октября 1879, Архангельск — 3 мая 1960, Архангельск) — русский художник,писатель, этнограф, сказочник, преподаватель живописи

  • Шубин Федот Иванович (1740—1805) — великий русский скульптор.

  • Кузнецов, Николай Герасимович (1904—1974) — советский военно-морской деятель, Адмирал Флота Советского Союза, Герой Советского Союза.

  • Шабалин, Александр Осипович (1914—1982) — контр-адмирал, дважды Герой Советского Союза.

 

 

         Семь чудес Архангельской области.

 

1.   СОЛОВЕЦКИЙ АРХИПЕЛАГ — жемчужина Архангельской области, духовный центр России. Сюда приезжают укрепить веру, обрести душевный покой и насладиться суровой красотой северных пейзажей и древней архитектуры.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

В состав соловецкого архипилага входят:

  • БОЛЬШОЙ ЗАЯЦКИЙ ОСТРОВ

На небольшой площади сосредоточены уникальные памятники разного времени. Необычна и природа острова – карликовая растительность псевдотундры. 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

·      БОТАНИЧЕСКИЙ САД является одной из самых уникальных достопримечательностей Соловецких островов.

       ГОРА  СЕКИРНАЯ – одна из самых высоких точек Большого Соловецкого острова. С её вершины открывается вид на остров и Белое море.

 

 

 

 

Сторона Поморская в наши дни.

1.   Современный поморский край.

2.   Семь чудес Архангельской области.